?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Книга номера

Начинаем выкладывать самые интересные материалы номера.
Первый на очереди Дмитрий Быков, главный редактор журнала, который наконец изложил свои взгляды на творчество Пауло Коэльо и популярные мифы о России.

142.16 КБ


Пауло Коэльо «Победитель остается один»

Будем честны: Коэльо ни при какой погоде не писатель, массовая мода на него объясняется исключительно деградацией нашего мира, а польза этого феномена только в том, что наглядно обнажаются и лажаются его литературные корни, тоже очень сомнительные, но получше упакованные и потому стяжавшие подобие реноме.

Коэльо дерет отовсюду понемножку, но больше всего у Кастанеды, которого отдельные серьезные люди держат за мыслителя и даже воина света. Латиноамериканская проза, от Борхеса и Касареса до Кортасара и Льосы, тоже была у нас жестоко переоценена, хотя ее напыщенность, однообразие, олеографическая пестрота и картонные страсти могли вызывать такой восторг разве что у советского читателя, которому из милости приоткрыли окошко в третий мир. Все это не принижает шедевров Маркеса, Астуриаса или Рульфо (но их как раз знают немногие). Короче, Коэльо с полным правом мог бы носить любимую мою американскую футболку – «I’m not completely useless, I can be used as a bad example». Но ведь у нас в рубрику «Книга месяца» попадает не лучшее, а самое показательное. Коэльо у нас жил, ел-пил, в специальном экспрессе месяц ехал из Москвы в Сибирь, раздавая благословения во время автограф-сессий, – интересно же, что из всего этого получилось! Заграница постепенно начинает заново осваивать Россию, Коэльо – не исключение. Правда, мы у него не одни, он ездит много, и всякий раз приходится расплачиваться за гостеприимство: на всех, понятно, книг не напасешься, и довольно толстым романом «Победитель остается один» он убил двух зайцев: Россию и Канны. Думаю, в большинстве его романов можно проследить эту нехитрую комбинаторику – как слепить сюжет так, чтобы накрыть большую часть мировой аудитории. Другой логики не наблюдаю. Правда, в новой книге убитых зайцев значительно больше: «Наутро там нашли три трупа», плюс флешбеки по мелочи.

Но нас ведь не это интересует, верно? Нам интересно, какие штампы о России (ничего, кроме штампов, мы от этого автора не ждем, и он никогда не обманывает наших неожиданий) актуализованы сегодня – и почему именно они. Значит, в центре у автора бизнесмен Игорь Малеев: уже смешно. Витя Малеев в школе и дома. Игорь – типичный гость Куршевеля, только на этот раз он поехал в Канны: сорок лет, в отличной физической форме, в прошлом афганец (все-таки по квадратно-гнездовому посеву штампов Коэльо безусловно лидирует в своей номинации). От него ушла жена, Ева. И чтобы наказать или вернуть ее, он – сойдя с ума от любви – начинает слать ей послания. Послания эти своеобразны: он убивает всяких других людей, чтобы Ева об этом узнала. И что? Ничего, – видимо, что-то поняла. У этих русских такой способ объясняться в любви.

Убивает он своих жертв при помощи русской советской борьбы самбо, о которой у Коэльо тоже специфическое представление, но хорошо хоть, что не путает с сумо: «Самбо – или «самозащита без оружия» – это боевое искусство, умение убивать голыми руками, и так, что жертва не успевает осознать происходящее. Оно развивалось и совершенствовалось на протяжении столетий, когда людям приходилось отбиваться от захватчиков, не применяя мечей или топоров. Впоследствии его широко применяли советские спецслужбы для того, чтобы, не оставляя следов, убивать неугодных. Тогдашние лидеры коммунистического режима упорно добивались того, чтобы самбо было включено в число олимпийских видов спорта, и хотели выставить на Московской Олимпиаде 1980 года свою команду, но усилия их успехом не увенчались: самбо было признано слишком опасным. Тем лучше. Благодаря этому оно не получило широкого распространения, и лишь очень немногие владеют его смертоносными приемами. Большим пальцем правой руки Игорь пережимает сонную артерию Оливии, и кровь перестает поступать в мозг. А другая рука одновременно нащупывает под мышкой определенную точку: если нажать на нее, происходит паралич мускулатуры».

Тут все прелесть: и то, что вся кровь поступает в мозг несчастной девушки исключительно по сонной артерии (прочие артерии и вены у португалок, видимо, отсутствуют), и то, что у Коэльо такое представление о самбо, которое, оказывается, насчитывает столетия (тогда как Ощепков и Спиридонов заявили о создании новой школы борьбы в 1938 году). Но главное – у этого русского все-таки очень загадочная русская душа: Коэльо подробно излагает его биографию. «За плечами у него было трудное и невеселое детство, а потом – служба в Советской армии и бессмысленная война в Афганистане, с которой он вернулся в уже распадающуюся страну. Тем не менее он преодолел все. Работал как проклятый, рисковал жизнью, получая кредиты у людей столь же темных, сколь и опасных, а потом не спал ночами, ломая голову над тем, как отдавать, безропотно принимал коррупцию системы и «подмазывал» чиновника всякий раз, когда надо было возобновлять лицензию. Он был идеалистом. Днем он был требовательным и жестким начальником, благодаря своей армейской школе научившимся субординации и дисциплине и умеющим добиваться от своих подчиненных послушания. А ночью, обняв Еву, искал у нее на груди защиты и помощи, просил помолиться о том, чтобы все прошло хорошо… И Ева обещала ему, что все будет хорошо, потому что он – хороший человек, а Господь неизменно воздает праведным».

Угадайте, что было дальше: Господь воздал праведным, и Малеев ужасно забогател. Он забогател так, что дал Еве денег на давно мечтавшийся ей собственный бутик: «Я всегда мечтала работать в индустрии моды». И дело у нее пошло – «бутик уже через два года превратился в самое престижное и модное ателье». Когда в России «сменилось правительство», коррупции стало меньше, и дело пошло совсем хорошо. Тут уж не знаешь, что думать: либо действие происходит в отдаленном будущем (но тогда какой же Афган?), либо имеется в виду смена Ельцина на Путина (но тогда какая же победа над коррупцией?). Супруги вместе проводят уикэнды «в рыбачьей деревне на берегу Байкала» – Коэльо искренне полагает, что если его возили в такую деревню, то у богатых русских считается престижным летать туда на выходные, да еще и в «жестокую зимнюю стужу», ибо дело происходит зимой. И вот сидят они с Евой после уикэнда в одном из иркутских ресторанов (там и он сиживал во время сибирского тура) – и тут к ним пристает «оборванный и сильно пьяный нищий, который направился к ним и уселся за их столик, явно желая завести беседу и нарушая их бесценное уединение. Бродяга схватил бутылку водки, выпил прямо из горлышка, а потом стал жаловаться на жизнь, на правительство, задавать вопросы: «Кто вы такие? Откуда у вас деньги, когда мы все кругом живем впроголодь?».
Стереотип русской действительности достроен: у нас по ресторанам шастают бомжи, жалующиеся на правительство, подсаживаются к олигархам и начинают спрашивать, откуда у них деньги. Игорь, ни слова не говоря, выводит бродягу на улицу и там убивает любимым приемом самбо (вы как хотите, а мне вспомнился Виан: «Фолюбер применил классический прием дзюдо, когда на глаза жертве натягивают уши и одновременно дуют в нос»). А дальше он начинает убивать с легкостью необыкновенной – главным образом тех, кто подсаживается к ним с Евою. Почему-то все хотят к ним подсесть.

Короче, Игорь мочит разных людей по принципу «на кого Бог пошлет», отправляя Еве смски «Я уничтожил еще одну вселенную, Катюша». Почему-то он называет ее Катюшей. Наверное, в честь ракеты, – должен же Коэльо знать, что есть в России такая ракетная установка, выезжающая на яблочно-грушевый берег и поющая песню pro stepnogo sizogo orla; это наш такой русский национальный спорт – околачивать груши ракетами. Способы убийств весьма разнообразны: так, однажды он применил иглу с ядом кураре. В конце концов он благополучно замочил и жену, и ее нового друга, а вторая линия – с восходящей старлеткой – завершилась бурной лесбийской сценой. Ужасен мир чистогана: пока Коэльо описывал арабские пустыни или латиноамериканские деревеньки, процент изврата был значительно меньше. Но Бог с ней, с эволюцией Коэльо: это тема не литературная, над ней пусть размышляют экономисты либо психиатры. Нас занимает образ русского бизнесмена, который несколько раз кряду назван в книге Абсолютным Злом. И сам он в финале, безнаказанно перемочив всех и улетая домой в «корпоративном самолете», чувствует, что «парящий над ним ангел с густыми бровями укажет ему путь, которым он будет следовать отныне». Я думаю, что это над ним парит Брежнев, который ввел когда-то войска в Афганистан – и вот теперь такие ужасные последствия.

Кстати, кое-какого ума у Коэльо действительно не отнять. Не было бы у него этого ума – мы бы сейчас обсуждали чью-нибудь другую книгу, и в иркутский ресторан водили бы кого-нибудь получше. Автор заставляет Игоря Малеева непосредственно перед финальным двойным убийством произнести целый монолог о том, что в СССР всех учили воспринимать людей как братьев, а потом это все рухнуло и он до сих пор не может оправиться от шока. Какая мораль, откуда – если все, чему учили, накрылось? Именно тогда он и стал Абсолютным Злом, а теперь оно только вылезло наружу. То есть в главном Коэльо не ошибся: он увидел в России людей с пустотой внутри, с непреодоленной и неосмысленной травмой, и то, что в его новом романе (продающемся во всем мире со страшной силой) русский сделан именно воплощением богатства, зверства и безнаказанности, – глубоко неслучайно.
Одного мы добились: нас наконец перестали воспринимать как слабых. Игорь Малеев силен, владеет самбо, стреляет без промаха и не рефлексирует попусту. Правда, отдельные пьяные бродяги еще существуют и даже разгуливают по ресторанам, но в целом Россия – мир победившего гламура, даже и в Иркутске. Можно ли гордиться такой переменой имиджа? Ведь Коэльо – действительно честный плохой писатель, то есть самый беспристрастный фиксатор. Мы остаемся экзотической страной, где можно раскрутить сильную фабулу с любовью-кровью, но почему-то о нас все чаще хочется сказать так же, как о голосе идиота: «сильный, но противный».

Я начинаю думать, что Коэльо действительно мудр той дзенской мудростью, которая заставляет игнорировать внешнее, но видеть скрытое. Помните, как мудрец из прославленной притчи привез вместо черного жеребца белую кобылу, а конь все равно оказался исключительный? Так и Коэльо: он ни черта не понял в русской жизни, ничего не запомнил, кроме слов «Иркутск», «Байкал» и «коррупция», но суть постлиберальной России уловил безошибочно – как всякий законченный воин света или идеальный графоман; эти крайности, как известно, сходятся.
То есть не зря кормили.

© "Что читать"